Libmonster is the largest world open library, repository of author's heritage and archive

Register & start to create your original collection of articles, books, research, biographies, photographs, files. It's convenient and free. Click here to register as an author. Share with the world your works!

Libmonster ID: DE-48

share the publication with friends & colleagues

Разгул реваншизма и милитаризма в Западной Германии показывает, что здесь по-прежнему живы тенденции, которые за последние полвека дважды ввергали "народы мира в истребительные войны. Шум, поднятый на недавнем съезде западногерманских реваншистских организаций вокруг требования пересмотра границ, напоминает прошлое, возвращая нас к истокам этих тенденций, воскрешая страницы пангерманского движения.

Основанный в 1891 г, как пропагандистская организация наиболее реакционных и агрессивных представителей германской империалистической буржуазии и юнкеров, "Пангерманский союз" выдвигал в годы первой мировой войны программу колоссальных захватов Германии в Европе и в других частях света с целью достижения мирового господства. Подобно сегодняшним реваншистам, пангерманисты требовали присоединения к германскому государству всех земель, на которые когда-либо ступала нога немца. Это касалось прежде всего Прибалтики, бывшей в свое время объектом кровавой агрессии и жестокой эксплуатации со стороны немецких духовно-рыцарских орденов. Политика аннексии и германизации прибалтийских земель, которая проводилась германским империализмом в годы первой мировой войны, была составной частью политики пангерманизма. Прошли годы, но и сегодня на Западе находятся люди, пытающиеся с ученым видом оправдывать эту человеконенавистническую политику, освящая тем самым действия современных реваншистов. Ярким отражением подобных тенденций явилась недавняя дискуссия среди буржуазных историков вокруг книги гамбургского историка Фрица Фишера1 , раскрывающей характер германской политики в период первой мировой войны. Тезис Ф. Фишера о наличии у кайзеровского правительства программы широких захватов на протяжении всей войны встретил резкие возражения реваншистски настроенных немецких историков, отстаивающих положения об оборонительном характере германской политики в те годы, особенно в период канцлерства Бетман-Гольвега. Самое большее, что признают эти историки, - это эпизодические стремления Германии к захватам, ее "скромные" желания "пограничных исправлений". Поэтому, как пишет боннский историк Ф. Т. Эпштейн, поражает та "острота реакции" и та "ярость", с какой официозная историография ФРГ обрушилась на книгу Фишера2 .

Вскоре после опубликования статьи Фишера, предваряющей его книгу3 , появился критический опус апологета германского империализма профессора западноберлинского университета Г. Герцфельда, про-


1 F. Fischer. Deutschlands Griff nach der Weltmacht. Die Kriegszielpolitik des kaiserlichen Deutschlands 1914 - 1918. Dusseldorf. 1961.

2 F. T. Epstein. Die deutsche Ostpolitik im ersten Weltkrieg. "Jahrbucher fur Geschichte Osteuropas". 1962. H. 3, SS. 392 - 393.

3 F. Fischer. Deutsche Kriegsziele. Revolutionierung und Separatfrieden im Osten - 1914 - 1918. "Historische Zeitschrift". Munchen. 1959, Bd. 188, H. 2.

стр. 49

тивопоставляющий документам, приводимым Фишером, некоторые страницы из заметок главы германского морского кабинета адмирала фон Мюллера и заявление Бетман-Гольвега от 23 марта 1917 г., в которых утверждалось, что во имя достижения сепаратного мира с Россией Германия готова отказаться от претензий на Лифляндию и Эстонию и ограничиться Литвой и Курляндией4 . Это заявление канцлера, по мысли Герцфельда, и должно подтвердить "скромность" целей Германии в войне.

Задача данной статьи - показать, что стремление кайзеровского правительства к таким "скромным" захватам было не только само по себе покушением на огромное пространство, но и таило угрозу овладения такими территориями, как Лифляндия, Эстония и Украина, куда германские войска продвинулись в 1918 году.

Прежде всего, что имелось в виду под Литвой, которой так "великодушно" решил "ограничиться" (вместе с Курляндией) рейхсканцлер?

Как известно, кроме Варшавского генерал-губернаторства и прифронтовой полосы, находившейся в ведении этапных инспекций, ряд оккупированных германскими войсками областей Российской империи был передан так называемому Отделу управления штаба главнокомандующего Восточным фронтом и получил в обиходе название территории "Оберост", или "земли Оберост" ("Das Land Oberost"). Эта территория включала первоначально шесть самостоятельных "бецирков" (Курляндия, Литва, С увалки, Вильно, Белосток и Гродно). Со временем происходило их объединение, завершившееся к 1 февраля 1918 г. созданием наряду с "Немецким военным управлением для Курляндии" "Единой территории управления Литвы"5 . Политика превращения этой территории в прусскую колонию стала осуществляться уже с момента возникновения осенью 1915 г.6 управления "Оберост". Осенью 1917 г. это управление с помощью центрального правительства разработало план организации здесь колонии, которая фигурировала под общим названием "Новая земля" ("Neuland")7 (площадь ее составляла 111911 кв. км.)8 .

В полемике с Ф. Фишером Герцфельд указывает, что Бетман-Гольвег оспаривал желание Гинденбурга "присоединить к Пруссии также Брест-Литовск и Беловеж"9 . Однако дальнейшие события показывают, что спор, если таковой вообще имел место, закончился компромиссом: Брест-Литовск не был включен в состав территории "Оберост", тогда как Беловеж был закреплен за нею. Значение Беловежской пущи для Германии состояло не только в том, что она являлась своеобразным "мостом на Украину"10 , но и в ее значительной хозяйственной ценности11 .

Таким образом, Бетман-Гольвег, которого Герцфельд и другие оппоненты Ф. Фишера берут под защиту, утверждая, что он хотел ограничиться "лишь" Курляндией, Ковно, Гродно, на самом деле имел в ви-


4 H. Herzfeld. Zur deutschen Politik ira ersten Weltkrieg. Kontinuitat oder per-manente Kriese. "Historische Zeitschrift". Mtinchen. 1960, Bd. 191, H. 1, S. 80.

5 Центральный государственный исторический архив (ЦГИА), ЛитССР, ф. 641, оп 1, д. 966, л. 5. Названия местностей в статье обозначаются по топонимике того времени.

6 А. Стража с. Колониальный режим германских империалистов в Литве в годы первой мировой войны. "Вопросы истории", 1958, N12, стр. 69.

7 ЦГИА ЛитССР, ф. 641, оп. 1, д. 971.

8 Там же, д. 697, л. 79.

9 H. Herzfeld. Op. cit., S. 79.

10 F. Fischer. Deutsche Kriegsziele... S. 295 - 296.

11 После войны оккупанты намеревались вывозить из Беловежской пущи по 1 - 1,5 млн. кубометров древесины в год (ЦГИА ЛитССР, ф. 641, оп. 1, д. 971, л. 6; ср. G Linde. Urn die Angliederung Kurlands und Litauens, die deutschen Konzeptionen fur die Zukunft der ehmals russischen Randgebieten vom Sommer 1918. "Jahrbucher fur Geschichte Osteuropas". 1962, Bd. 10, H. 4, 569).

стр. 50

ду захват огромного пространства, простирающегося от Копки на севере до Вельска на юге.

В аннексии "земли Оберост" германские империалисты видели, однако, не самоцель, а средство к достижению своих максимальных захватнических устремлений на Востоке, которые они определяли словами: "Балтийское море должно опять стать немецким"12 , "держать Россию на расстоянии от Балтийского моря"13 и т. д. Что касается южной части территории "Оберост" - Белостока и Беловежа, - то ее присоединение к военному управлению Литвы "определялось мыслью о прямой связи с Украиной"14 , на которую также претендовала империалистическая Германия.

Некоторые историки, пытаясь обелить германских империалистов, задают вопрос: можно ли считать германских правителей настолько ограниченными, чтобы после провала плана Шлиффена, после Марны и т. д. подозревать их в стремлении к максимальному осуществлению своей захватнической программы? Отвечая на этот вопрос, западногерманский теолог и историк Клаус Шолдер поясняет, что в данном случае идеи пангерманизма попросту взяли верх над "пониманием благоразумия и полезности как категорий политического мышления"15 . Однако так думают не все апологеты германского империализма, старающиеся оградить кайзеровское правительство от обвинения в пангерманизме. Например, известный реакционный историк Людвиг Дехио утверждает, что Германия преследовала исключительно мирные цели и рейх оказался втянутым в войну за гегемонию совершенно неожиданно для себя. Когда руководящая роль в стране перешла к военным, они заразили немцев своей верой в победу. Поэтому даже сторонники умеренной политики надеялись на мир типа Губертсбургского, которым, как известно, окончилась Семилетняя война и "который оставил приоткрытой дверь к великому будущему"16 .

Профессор Марбургского университета Э. Кессель, ярый защитник пруссачества, также считает, что тогда, когда началась война, которой в Германии якобы "никто не желал", кайзеровское правительство прежде всего жаждало мира; но, "согласно прусской традиции", немцы стремились к подобию Губертсбургского мира. Таким образом, даже адвокаты германского империализма признают наличие у германских империалистов идеи новой войны. В то же время они пытаются доказать, что в территориальных требованиях Германии надо видеть не более как ее желание занять лучшие стратегические позиции в целях обороны17 на случай будущей войны, а помыслы о гегемонии возникали лишь "эпизодически"18 .

Влияния этих идей не избежал и Ф. Фишер, считающий, что первоначально мысль о будущей войне была связана в Германии с "дефенсивными целями", которые лишь впоследствии превратились в "офенсивные"19 .

Справедливости ради заметим, что в конце ноября 1914 г., когда ге-


12 O. Kessler. Die Baltenlander und Litauen. Berlin. 1916, S. 19.

13 Geheimrat Dr. Gruber. Scheidemannscher Frieden oder deutscher Frieden. "Deutsche Zukunft bei einera guten und bei einem schlechten Frieden". Munchen 1917, S. 31.

14 Reichstagsabgeordnete Warunth. Grosslitauen oder Kleinlitauen. "Tagliche Rundschau". Nr. 329, 30.VI. 1918.

15 K. Scholder. Ideologie und Politik. "Aus Politik und Zeitgeschichte". Bonn. 25.VIII.1962, S, 379.

16 L. Dehio. Preussisch-deutsche Geschichte 1640 - 1945. Dauer im Wechsel. "Aus Politik und Zeitgeschichte", 18.I.1961, S. 28.

17 E. Kessel. Adolf Hitler und der Verrat am Preussentum. "Aus Politik und Zeitgeschichte", 15.IX.1961, S. 658.

18 К. Б. Виноградов. Кайзеровская Германия в роли миротворца. "Новая и новейшая история", 1963, N3, стр. 167.

19 F. Fischer. Deutsche Kriegsziele..., S. 252.

стр. 51

нерал Фалькенгайн убедился в невозможности молниеносной военной победы над всеми противниками Германии, он предложил добиваться сепаратного мира если не с Францией, то с Россией, требуя от последней, кроме репараций, лишь "незначительных пограничных исправлений" в пользу Германии в целях обеспечения лучшей обороны ее восточных границ. "Оборонительная полоса" должна была пройти по линии Неман - Бобр - Нарев20 , что само по себе предполагало захват немалой территории. Однако кайзеровское правительство не удовлетворилось такими "минимальными" запросами. Ему нужна была не "оборонительная полоса", а расчленение России, как это предусматривалось в программе войны Бетман-Гольвегом, сформулированной 9 сентября 1914 года21 . Уже тогда канцлер стремился овладеть надежным плацдармом для борьбы против России в следующем раунде. Но в 1914 г. достижение этой цели было делом будущего, так как Россия еще не была стратегически сломлена. Поэтому Бетман-Гольвег весьма холодно отнесся к идее сепаратного мира с Россией, выдвинутой Фалькенгайном. Отрицательно высказался о ней и Гииденбург, считавший, что, прежде чем начать переговоры с Россией, необходимо нанести чувствительный удар этой стране22 . Словом, и канцлер и руководители германских армий на Восточном фронте демонстрировали полное единодушие в том отношении, что территория Литвы будет представлять собой плацдарм для будущего наступления против России23 .

"Оберост" занимал особое место и в польской политике германского империализма. По терминологии германских захватчиков, он должен был служить "оборонительным валом" против "польской опасности". За этими словами скрывалось стремление окружить Польшу кольцом германизируемых земель, оставив ей "наиболее узкие границы"24 . Истинную суть интересов Германии в Литве сформулировал начальник немецкого военного управления "Вильно - Сувалки" Йорк фон Вартенбург, который в речи 10 июля 1918 г. в прусской палате господ заявил: "Интересы Германии в Литве состоят в том, что, владея этой территорией, мы будем иметь надежный политический и военный плацдарм против Польши и России" и "крепкий мост в Курляндию и остальную Прибалтику"25 .

Таким образом, идея будущей войны, заложенная в требовании аннексировать "Литву" и Курляндию, то есть территорию "Оберост", никогда не заключала в себе "дефенсивного" элемента. Эта территория мыслилась как плацдарм, с которого германский империализм мог бы продолжить свои захваты в Прибалтике, Польше, на Украине. С подобным отношением к "земле Оберост" соглашались все буржуазные партии, представительствовавшие в рейхстаге, а также социал-шовинисты, фарисейски разглагольствовавшие о том, что такой захват - лишь фактор обеспечения мира в будущем26 .

Между тем с самого начала войны, когда империалистические круги в Германии неистовствовали в своем аннексионистском раже, Карл Либкнехт, выражая настроения передовых людей страны, разъяснял, что


20 E. Zechlin. Friedensbestrebungen und Revolutionierungsversuche. Deutschlands Bemuhungen zur Ausschaltung Russlands im ersten Weltkrieg. "Aus Politik und Zeitge-schichte",29.V.1963, S. 16.

21 См. приложение N4 к книге W. Basler. Deutschlands Annexionspolitik in Polen und im Baltikum 1914 - 1918. Berlin. 1962, S. 381.

22 E. Zechlin. Op. cit. "Aus Politik und Zeitgeschichte", 17.V.1961, S. 276.

23 Prof. Bredt. Der deutsche Reichstag im Weltkrieg. Die Ursachen des deutschen Zusammenbruches im Jahre 1918. Bd. 8. Berlin. 1926, S. 273.

24 Газета "Czas" (Краков), Nr. 284, 4.VII.1918.

25 "Deutsche parlamentarische und englische Pressestimmen uber Litauen im Juli 1918". Nur fur den Dienstgebrauch, Nr. 12.

26 Verhandlungen des Reichstags. Stenographische Berichte. Bd. 307. Berlin. 1916, S. 890.

стр. 52

"любая аннексия представит собой продолжение угрозы войны, а не обеспечение мира"27 , что вообще "эта война не является оборонительной войной"28 .

С вопросом о месте, отводившемся "земле Оберост" в будущей войне, тесно связан и другой: насколько эта будущая война, по мысли германских империалистов, была отдалена от настоящей?

Западногерманский историк Э. Цехлин пишет, что во время войны в Германии "затушевывались границы между войной и... миром". Возникали идеи, указывает историк, которые выражались формулой "вторая Пуническая война"29 . На последнюю намекал известный германский дипломат Ведель, настаивая на захвате позиций, которые могли быть использованы в будущем против России30 . Формула "вторая Пуническая война" лежит также в основе послания кайзеру (апрель 1915 г.) директора крупнейшей германской судоходной монополии ГАПАГ Альберта Баллина, тесно сотрудничавшего с ведомством иностранных дел. Этой мыслью были проникнуты и меморандумы, которые в конце августа - начале сентября 1914 г. вручили канцлеру представитель концерна Тиссена М. Эрцбергер и бывший тогда крупным чиновником в прусском военном министерстве В. Ратенау. Идея этой войны выступает и в упомянутой программе канцлера от 9 сентября 1914 года. Известно, наконец, что в разгар первой мировой войны, в сентябре 1917 г., начальник оперативного отдела штаба германской действующей армии подполковник Г. Ветцелл составил план концентрации войск для следующей агрессивной войны31 .

Итак, будущая агрессия Германии тесно связывалась с мыслью о прерванной лишь на время войне, войне, которая вскоре должна быть возобновлена. Это была мысль о "перманентной войне", конечная цель которой сводилась к достижению мирового господства. Вот зачем нужна была "расширенная Литва" и Курляндия, уступку которых Бетман-Гольвег ставил непременным условием заключения сепаратного мира с Россией весной 1917 г., хотя для самой Германии этот мир являлся уже жизненно необходимым.

Представители союза германских промышленников и лидеры буржуазных партий возвращались к параллели между действиями Германии в первой мировой войне и перманентной войной, которую вел Наполеон против Англии, желая сокрушить ее гегемонию на морях, лишить колоний и достичь мирового господства. В лекции на тему "Наполеон и мы", прочитанной в палате представителей прусского ландтага 29 января 1917 г., Штреземан пылко расхваливал Наполеона как "гениального" администратора завоеванных территорий, жители которых якобы принимали введенный им порядок "как гораздо более терпимый, нежели тот, в условиях которого они жили раньше"32 . Это был явный намек на "благотворное влияние" оккупационного режима, введенного Германией в захваченных областях, против которого население Литвы и Курляндии заняло враждебную позицию, оказывая сопротивление оккупантам, приобретшее со временем характер антиимпериалистической борьбы33 . Начальник немецкой тайной полиции в Курляндии писал, что население борется и "'Против Николая II, и против кайзера. Вильгельма, и против Гинденбурга", что "на всем побережье оно враждебно, а отчасти далее


27 Цит. по книге: J. Kuczynski. Der Ausbruch des ersten Weltkrieges und die deutsche Sozialdemokratie. Chronik und Analyse. Berlin. 1957, S. 101.

28 Карл Либкнехт. Избранные речи, письма и статьи. М. 1961, стр. 237.

29 E. Zechlin. Op. cit. "Aus Politik und Zeitgeschichte", 15.V.1963, S. 19.

30 F. Fischer. Deutsche Kriegsziele..., S. 308.

31 W. Basler. Op. cit., SS. 28, 32, 45, 46.

32 G. Stresemann. Reden und Schriften, 1897 - 1926. Bd. 2. Dresden. 1926, SS. 329, 335.

33 А. Стражас. Борьба литовского народа против германских колонизаторов и их пособников в 1915 - 1917 гг. "Вопросы истории", 1959, N10.

стр. 53

фанатично настроено против Германии"34 . Немецкая тайная полиция отмечала многочисленные факты успешных действий казачьих отрядов в тылу германской армии, которым оказывало помощь местное население35 . Эта помощь была настолько существенной, что в Литве и Курляндии возникла мысль о создании партизанских отрядов, таких же, как в период войны 1812 года. В отчете о действиях "отряда особого назначения" 15-й кавалерийской дивизии говорится, что в августе 1915 г. возникла мысль об организации партизанского движения в районе Литвы и Курляндии, где в тылу врага было проведено партизанами несколько успешных боевых операций36 . Мы не собираемся анализировать здесь вопрос о характере "партизанских" действий в тех условиях, но отметим, что с самого начала оккупации любая деятельность против захватчиков находила у населения "земли Оберост" горячую поддержку.

Идея подготовки "перманентной войны" видна в той поспешности, с которой немецкие оккупанты уже во время первой мировой войны стали создавать в Литве и Курляндии нечто вроде "Остэльбской военной колонии"37 . Эта же мысль предопределила организацию здесь чисто военного управления, что нашло отражение даже в хозяйственной деятельности оккупантов, ибо вся эта деятельность (управление сотнями поместий, промышленными предприятиями, лесами, добычей ископаемых) проникнута тенденциями подготовки будущей войны со стороны Германии и в первую очередь обеспечения ее продовольствием на случай этой войны38 .

17 и 18 апреля 1916 г. в штабе командующего Восточным фронтом происходило совещание, в котором участвовали представители разных ведомств центрального правительства. На совещании было решено отдать огромное пространство "Оберост" в полную и безраздельную власть военных. Представители центрального правительства обязались не вмешиваться в административные дела этой территории, переданной отделу управления командующего Восточным фронтом39 . Предоставив такую "самостоятельность" территории "Оберост", германское правительство создало удобную возможность отводить впредь от себя любые упреки, вызванные хозяйничаньем на этой земле пангермански настроенной военщины40 . В действительности же между центральным правительством и "Немецким военным управлением "Оберост" существовало полное единство. Германское правительство помогало управлению "Оберост" подбирать подходящих чиновников, используя для проверки их благонадежности министерство внутренних дел 41 и дипломатический аппарат42 . Систематическое ограбление Литвы и Курляндии совершалось при ближайшем участии центрального правительства, хотя оно создавало видимость, что все это - дело лишь военного управления43 .

Мы уже отмечали, что трудящиеся "земли Оберост" с самого начала оккупации этой территории развернули борьбу против захватчиков. Направленная не только против оккупантов, но и против их местных по-


34 Отдел рукописей научной библиотеки АН ЛитССР (ОРАНЛ). VOL-17.

35 Там же.

36 Центральный государственный военно-исторический архив (ЦГВИА) СССР, ф. 2007, оп. 1, д. 68, л. 342.

37 Из выступления социал-демократа Э. Давида 18.III.1918. Verhandlungen des Reichstages. Stenographische Berichte. Bd. 311. Berlin. 1918, S. 4435.

38 W. Basler. Op. cit, S. 247.

39 ЦГИА ЛитССР, ф. 641, on. 1, д. 883, лл. 14, 22, 23 (Ergebnis der Besprechungen am 17. und 18. April 1916 bei Ob. Ost).

40 ОРАНЛ, 156 MB-V., л. 11 (из доклада президиума "Оргкомитета по созыву литовской конференции", 1.VIII.1917).

41 См., например, Историко-дипломатический архив, ф. микрофильмов (ИДА, Ф. М.), н. 176/п. 4, л. 230.

42 Там же, н. 164/п. 1, л. 130.

43 АВПР, ф. Особполитотдел, оп. 474, д. 137, л. 26 (из доклада литовского националистического деятеля В. Бартушки, прибывшего в 1916 г. в Швейцарию из Литвы).

стр. 54

собнитав, она все более приобретала классовый характер и велась в тесном интернациональном единстве. Большое значение имела деятельность латышских и литовских большевиков, указывавших, что только путь интернационалыной солидарности приведет к победе пролетариата44 . Борьба большевиков против партий буржуазных националистов и их приспешников из числа соглашателей имела большое значение для развития национально-освободительного и пролетарского движения на оккупированной территории. Обращаясь со словами правды к трудящимся Литвы, большевики призывали их к единению с трудящимися других национальностей России45 , разоблачали предательскую политику буржуазных националистов, чью изменническую деятельность кайзеровская Германия использовала в своих целях не только в Литве, но и в нейтральных странах. Примером может служить третья "конференция национальностей", собравшаяся в Лозанне в конце июня 1916 года. Министерство иностранных дел Германии приняло энергичные меры к тому, чтобы "укомплектовать" эту конференцию "представителями" разных народов Российской империи. В число этих "представителей" попали либо те, кто придерживался прогерманской ориентации, либо те, кто являлся прямыми агентами германского империализма46 . Активно выступили на конференции литовские буржуазно-националистические деятели, проживавшие в Швейцарии. В Лозанну прибыли также "представители "земли Оберост". Перед ними была поставлена задача - в идеализированном свете представить режим германской оккупации и выразить протест "против царской деспотии"47 . "Конференция национальностей" с помощью "делегатов" из оккупированных земель превратилась в довольно шумную германскую пропагандистскую акцию против России. Но, невзирая "а услуги, которые литовские и иные буржуазные националисты оказывали германской военщине в нейтральных странах, на самой территории "Оберост" были строго запрещены "любые политические проявления"48 , в частности какие бы то ни было организации и собрания политического характера49 .

Оккупационные власти цинично издевались над национальной культурой литовского народа. Шеф "Немецкого военного управления для Литвы" князь Йозеф Изенбург-Бирштейн считал, например, что на литовский язык нужно смотреть лишь как на неизбежное средство для изучения немецкого языка50 . Для издания газет на литовском языке требовалось выполнение настолько унизительных условий (слепое исполнение диктата оккупационного управления), что даже предатели из числа буржуазных националистов долго отказывались принять их51 . Эти и многие другие оскорбления национального достоинства, как и тщательно разработанная система жесточайших репрессий, эксплуатации и ограбления, - все это было уделом населения "земли Оберост", в то время как Бетман-Гольвег цинично заявлял: "Мы освободили Литву и Курляндию"52 .


44 В. В. Кульвичус. Деятельность литовских большевиков в Петрограде. "Вестник" Ленинградского университета N2, 1960, стр. 23 - 25.

45 См., например, газету "Tiesa" ("Правда"), N7, Петроград, 2 февраля (20 января) 1918 г. и N2(39), 5 января (23 декабря 1917) 1918 года.

46 ИДА, Ф. М., н. 176/п. 28, лл 118, 135.

47 ОРАНЛ, 156 MB-V, л. 10.

48 ЦГИА ЛитССР, ф. 641, оп. 1, д. 883-а, л. 154.

49 Там же, д. 978 (Verordnungsblatt der Deutschen Militarverwaltung fur Litauen. Tilsit. 26.X.1915, S. 18).

50 M. Urbsiene. Vokieciu, karo meto spauda ir lietuva. Kaunas. 1939, 9 psl.

51 Одну газету - "Dabartis" ("Современность") оккупанты издавали на литовском языке. Но по своему содержанию она была "самым злостным и невыносимым из всех оскорблений" (из проекта одной жалобы литовских общественных деятелей). ОРАНЛ, VOL-27; ср. также 156 MB-V, л. 11.

52 "Verhandlungen des Reichstags". Bd. 306. Berlin. 1916, S. 213.

стр. 55

Однако в конце 1916 - начале 1917 г., когда начался "поворот от империалистской воины к империалистскому миру"53 , немецкие захватчики изменили свою тактику. Поскольку "величайшее недовольство, брожение и озлобление масс"54 нашли свое отражение и на территории "Оберост", кайзеровское правительство перешло здесь от политики игнорирования национальных элементов к демагогической, так называемой "литовской политике".

Что же представляла собой эта политика? Впервые она нашла проявление в связи с манифестом императоров Германии и Австро-Венгрии от 5 ноября 1916 г. о создании "польского государства". Представители управления "Оберост" стремились не допустить того, чтобы в документах, отражавших акт создания нового государственного объединения, упоминалось слово "независимость"55 , боясь заразительного примера для населения Литвы и дальнейшего развития национально-освободительного движения на литовской земле. Вызванный германскими империалистами к жизни польский временный государственный совет сразу же предъявил претензии на новые территории, и прежде всего на Литву, Курляндию и Белоруссию56 . Однако управление "Оберост" поспешило заявить, что временный, государственный совет заблуждается, если считает, что Польша "уже и впрямь независима", и что ему придется согласиться с другой точкой зрения, ибо "не поляки являются победителями в этой стране", а немцы57 .

С провозглашением "самостоятельной Польши" "земля Оберост" приобретала для германского империализма важное значение и как плацдарм против "нового" польского государства. Известный своей агрессивностью "независимый комитет за германский мир" в резолюции, принятой на заседании 15 июля 1917 г., отмечал, что территория "Оберост" необходима Германии для колонизации и "обеспечения стратегической и экономической мощи в Польше"58 . В связи с этим на территории "Оберост" были проведены некоторые мероприятия, имевшие целью несколько обнадежить литовских буржуазных националистов, а затем натравить их против поляков. Так, газета "Гоман", издававшаяся на белорусском языке, писала 7 ноября 1916 г., что хотя создание польского государства не затрагивает интересов Литвы, тем не менее вопрос об этих интересах будет решен позднее59 .

В знак осуществления новой политики в середине марта 1917 г. с Литвой была объединена "область управления" "Вильно - Сувалки". Это возбудило острейшие противоречия между литовскими и польскими националистами по виленскому вопросу и вопросу о польских уездах в южной части Сувалкской губернии.

События, последовавшие затем, особенно Февральская революция в России, значительное усиление революционного движения в самой Германии ив оккупированных ею областях заставили Бетман-Гольвега сделать следующий шаг в осуществлении так называемой "литовской политики", связанный с новыми надеждами на сепаратный мир с Россией. Хотя канцлер и считал этот мир жизненно необходимым в то время для Германии, он все же не хотел отказываться от аннексии территории "Оберост". Однако Бетман-Гольвег понимал, что склонить Россию к признанию этой аннексии можно лишь в том случае, если последняя будет совершаться под прикрытием фиктивного самоопределения.


53 В. И. Ленин. Соч. Т. 23, стр. 167.

54 Там же, стр. 264.

55 W. Conze. Polnische Nation und deutsche Politik irn ersten Weltkrieg. Koln-Gratz. 1958, SS. 205 - 219.

56 АВПР, ф. Особполитотдел, оп. 474, д. 102, л. 81,

57 Цит. по газете "Clos Lubaw", Nr. 14, 1.II.1917.

58 Цит. по книге M. Urbsiene. Op. cit, 62 psl.

59 "Гоман", N77, 7 листопада 1916.

стр. 56

К тому же открытая аннексия в условиях сильного влияния Февральской революции могла вызвать сопротивление в самой Германии. Как писал шеф "Немецкого военного управления для Курляндии" (он же депутат рейхстага и член его Большой комиссии) Госслер, против аннексии выступили бы левые депутаты рейхстага60 . Поэтому, чтобы придать аннексии более благовидную форму, рейхсканцлер дал указание "причесать Литву и Курляндию наподобие самостоятельных государств"61 .

В тот период (апрель - май 1917 г.) германское правительство решило воздержаться от наступления на Восточном фронте, опасаясь, что оно может повлечь за собой патриотический подъем в России и остановить разложение, начавшееся в царской армии. Германское командование было уверено в том, что Россия сама, и без немецкого наступления, распадется на части62 . Вместе с тем у германских империалистов возникла мысль о возможности "мирного" овладения территориями на Востоке посредством образования ряда новых государств, которые при ослаблении России неизбежно попали бы под фактическое управление Германии в системе "Срединной Европы".

На совещаниях по литовскому и курляндскому вопросу, происходивших в Германии весной 1917 г., выявилось большинство, которое стояло за предоставление этим территориям статуса самостоятельных государств. Государственный секретарь по иностранным делам Циммерман уверял, что создание фиктивных государств Литвы и Курляндии, от фактической аннексии которых Германия не собиралась отказываться63 , привлечет к немцам население Финляндии, Эстонии и Украины64 . Учет этих обстоятельств заставил германскую правящую верхушку проявить особое внимание к кучке буржуазных националистов. Но политика создания военной колонии на территории Литвы оставалась неизменной.

История "земли Оберост" ярко показывает, что германский империализм "а протяжении всей войны неукоснительно осуществлял захватническую политику на Востоке. Под воздействием развития революционного движения и изменявшегося соотношения сил кайзеровская Германия была вынуждена прибегать к различным маневрам на "земле Оберост". Но ни создание Тарибы (литовский совет буржуазных националистов и клерикалов, организованный оккупантами в сентябре 1917 г.), ни признание "независимости" Литвы в марте 1918 г. ни на йоту не изменили военно-колониальной политики Германии в этом районе.

На заседании Тарибы 9 июля 1918 г. отмечалось, что оккупанты "совершают свои акции за спиной" Тарибы и что "по сравнению с 1916 г. в настоящее время мы не только ни на шаг не продвинулись вперед", но и не сохранили даже "своих тогдашних позиций"65 . Судьба Литвы и Курляндии решалась в Берлине летом и осенью 1918 г. в полной тайне от Тарибы66 , которую собирались поставить перед свершившимся фактом. Германские империалисты планировали заменить часть представителей Тарибы более послушными лицами67 на тот случай, если с ее стороны будут какие-либо возражения против открытого превращения территории "Оберост" в военную колонию прусских юнкеров.


60 W. Basler. Op. cit, S. 247.

61 F. Fischer. Deutsche Kriegsziele..., S. 277.

62 ЦГВИА, ф. 2003, оп. 1, д. 1657, л. 468.

63 A. Thimme. Gustav Stresemann. Legende und Wirklichkeit. "Historische Zeilschrift. Munchen. 1956, Bd. 181, H. 3, S. 297 - 298.

64 АВПР, ф. Особполитотдел, оп. 474, д. 137, л. 21.

65 Центральный государственный архив ЛитССР, ф. 59, оп. 3, д. 1, л. 139.

66 Летом 1918 г. в Германии интенсивно обсуждался вопрос о форме присоединения к этой колонии также Лифляндии и Эстонии.

67 G. Linde. Op. cit., S. 570.

стр. 57

Заинтересованностью германских империалистов в создании военного плацдарма в этом районе для новых нападений на Россию можно объяснить и тот факт, что после заключения Брестского мира в Литве и Курляндии все еще сохранялась военно-автократическая форма управления68 .

Захватнической (политике кайзеровской Германии в отношении "земли Оберост", проводившейся л од маской ее "освобождения", в известной мере способствовало то обстоятельство, что царское и Временное правительства продолжали игнорировать национальные интересы населения так называемых "окраин". Министр иностранных дел царского правительства Н. Н. Покровский в записке по польскому вопросу, составленной в начале февраля 1917 г., писал: "Освобождение литовцев не в наших интересах". Он предлагал принять все меры для того, чтобы воспрепятствовать укреплению "политического самосознания литовцев"69 . После Февральской революции, в условиях дальнейшего развития революционного движения под руководством большевиков, Временное правительство было вынуждено дать некоторые демагогические обещания угнетенным народам. Но в действительности оно придерживалось прежней линии. Так, в секретной записке министерства иностранных дел по литовскому вопросу, подготовленной по указанию Терещенко, говорилось, что "литовский вопрос... есть вопрос чисто русский"70 .

Немалое значение для агрессивных устремлений германских империалистов на Востоке имела и позиция, занятая Англией, Францией и США в отношении России. Представители Англии и Франции в переговорах с итальянским правительством весной 1917 г. утверждали, например, что "выгодный западным державам мир за счет России" будет всегда возможен, а тем более, если Россия заключит сепаратный мир71 . Посол США в Германии Жерар в январе 1917 г. дал понять Бетман-Гольвегу, что в России Германия "будет иметь свободные руки"72 . Любую сделку за счет России благословлял и Ватикан, что особенно ярко проявилось во время переговоров в связи с папской "мирной нотой" от 1 августа 1917 года73 .

После Великой Октябрьской социалистической революции германским империалистам стало гораздо труднее продолжать политику обмана мирового общественного мнения разговорами о самоопределении порабощенных Германией народов. "Декларация прав народов России" оказала огромное влияние на все народы мира, в том числе на народ "земли Оберост", помогая им разобраться в вопросе о том, кто их враг, а кто истинный друг и союзник. Декларация представителя советского Комиссариата по литовским делам, приложенная к протоколам мирной конференции в Брест-Литовске от 10 февраля 1918 г., разоблачила германские политические махинации на территории "Оберост" и указала на то, что решающее слово на оккупированной территории должны сказать не представители германского правительства и их местные пособники, а трудящиеся массы74 .

Вплоть до последних дней войны и даже после ее окончания гер-


68 Правда, в конце 1917 г. германское правительство назначило "гражданского" комиссара для Литвы и Курляндии, но оккупационные власти поспешили подчеркнуть, что это ничего не меняет и "что изменение в деятельности шефов военных управлений для Литвы и Курляндии за этим назначением не последует" ("Zeitung der 10. Armee", 18.XI.1917).

69 АВПР, ф. Особполитотдел, оп. 474, д. 103, л. 3.

70 Там же, д. 143, л. 12-в- 13 (точная дата не указана).

71 ЦГВИА СССР, ф. 2003, оп. 1, д. 1657, л. 383.

72 "Weser Zeitung", Bremen, 4.IX.1917, Erste Morgenausgabe.

73 А. Стражас. Услуги литовских буржуазных националистов германскому империализму в связи с "мирной нотой" Ватикана 1917 года. "Научные труды" высших учебных заведений ЛитССР. История. Т. III. Вильнюс. 1962, стр. 96.

74 "Документы внешней политики СССР". Т. 1. М. 1957, стр. 99.

стр. 58

манские империалисты не хотели отказываться от своих целей создания военной колонии на "земле Оберост" и тайно продолжали разрабатывать соответствующие планы. Однако эта разработка осталась незаконченной. Влияние Великой Октябрьской социалистической революции на Германию оказалось настолько огромным, что, как признает активный участник подготовки этих планов проф. Бредт, "1918 год был в основном заполнен вопросами внутренней политики"75 , которые подчинили себе все остальные.

История "земли Оберост" есть история пангерманизма в действии, изобличающая полностью его звериное лицо. Пангерманистами кишело военное управление "Оберост". Изенбург, этот германский "Муравьев-вешатель", возглавляя управление Литвой, последовательно осуществлял в этом районе политику германизации и превращения его в военную колонию76 . Все усилия литовских деятелей в Берлине сместить этого "пангерманиста чистой воды"77 оказались безуспешными. Именно таких людей подбирало германское правительство в качестве своих ставленников на оккупированной территории.

История "земли Оберост" история неслыханных издевательств и грабежей, история массового выселения людей из родных мест78 . "И сколько осталось вдов и детей, которые напрасно ждут своих отцов, а те уже лежат сраженные пулей пруссаков"79 , - поется в одной из народных литовских песен, сложенных в то время. История территории "Оберост" знает немало примеров жесточайших убийств мирного населения, за которые убийцы не несли никакой ответственности80 . "Акты произвола и беззакония", "система мошенничества и обмана"81 - все это были не случайные, а характерные черты деятельности управления "земли Оберост", во главе которого стояли отъявленные пангерманисты.

Хищный германский империализм совершал свои злодеяния, невзирая на разговоры об "этическом империализме" и о "правовом государстве", которыми так любили заниматься буржуазно-юнкерские историки.

Попытка некоторых западногерманских историков обелить сегодня политику Бетман-Гольвега и отделить пангерманизм от гитлеровского фашизма является попыткой возрождения старых милитаристских и реваншистских взглядов, приведших к появлению гитлеризма. Такие историки выражают идеологию тех империалистических кругов Западной Германии, которые и сегодня мечтают изменить в свою пользу соотношение сил в мире и добиться своих целей в "третьем раунде". В этом и заключается причина яростной критики работы Ф. Фишера, осмелившегося сказать несколько истин о настоящем лице германского империализма в период первой мировой войны.


75 Prof Bredt. Op. cit., S. 337.

76 M. Ragana. La lituanie sous la botte allemande. Paris. 1917, p. 16.

77 Газета "Nova Reforma", Nr. 251, 14.VI.1916.

78 А. Стражас. Колониальный режим германских империалистов в Литве в годы первой мировой войны, стр. 74 - 78.

79 M. Birziska. Dainu. atsiminimai apie Lietuvg. Vilnius. 1920, 112 psl.

80 См., например, отчет министра юстиции буржуазного "правительства" Литвы на заседании совета министров 26 ноября 1918 года. Центральный государственный архив ЛитССР, ф. 923, оп. 1, д. 9, лл. 11 - 12.

81 АВПР, ф. Особполитотдел, оп. 474, д. 137, л. 23.

Orphus

© libmonster.de

Permanent link to this publication:

http://libmonster.de/m/articles/view/-ЗЕМЛЯ-ОБЕРОСТ-И-ГЕРМАНСКИЕ-ЦЕЛИ-НА-ВОСТОКЕ-В-ГОДЫ-ПЕРВОЙ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ

Similar publications: LRussia LWorld Y G


Publisher:

Germany OnlineContacts and other materials (articles, photo, files etc)

Author's official page at Libmonster: http://libmonster.de/Libmonster

Find other author's materials at: Libmonster (all the World)GoogleYandex

Permanent link for scientific papers (for citations):

А. Ш. СТРАЖАС, "ЗЕМЛЯ ОБЕРОСТ" И ГЕРМАНСКИЕ ЦЕЛИ НА ВОСТОКЕ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ // Berlin: Libmonster Germany (LIBMONSTER.DE). Updated: 10.10.2017. URL: http://libmonster.de/m/articles/view/-ЗЕМЛЯ-ОБЕРОСТ-И-ГЕРМАНСКИЕ-ЦЕЛИ-НА-ВОСТОКЕ-В-ГОДЫ-ПЕРВОЙ-МИРОВОЙ-ВОЙНЫ (date of access: 24.09.2018).

Found source (search robot):


Publication author(s) - А. Ш. СТРАЖАС:

А. Ш. СТРАЖАС → other publications, search: Libmonster RussiaLibmonster WorldGoogleYandex

Comments:



Reviews of professional authors
Order by: 
Per page: 
 
  • There are no comments yet
Publisher
Germany Online
Berlin, Germany
326 views rating
10.10.2017 (349 days ago)
0 subscribers
Rating
0 votes

Keywords
Related Articles
W. MOMMSEN. POLITISCHE GESCHICHTE VON BISMARCK ZUR GEGENWART. 1850-1933
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
FRANZ GUNTHER, DER DEUTSCHE BAUERNKRIEG. MUNCHEN UND BERLIN 1933
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
PAUL MULLER, FELDMARSCHALL FURST WINDISCHGRATZ. REVOLUTION UND GEGENREVOLUTION IN OESTERREICH
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
ZU BEJTRAGEN FUR DIE CESCHICHTE DER JAHRE 1848 - 1849, HERAUSP. PRINCE FRANCE WINDISCHGRATZ
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
H. SPANGENBERG. TERRITORIALWIRTSCHAFT UND STADTWIRTSCHAFT
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
DR. JOHANN VON LEERS. 14 JAHRE JUDENREPUBLIK
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
"DEUTSCHER KOLONFAL-ATLAS"
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
GORING M. DIE FEODALITAT IN FRANKREICH VOR UND IN DER GROSSEN REVOLUTION
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
MASS KONRAD. DEUTSCHE KULTUR- UND WIRTSCHAFTSGESCHICHTE
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online
ANDREAS HOHLFELD, DAS FRANKFURTER PARLAMENT UND SEIN KAMPF UM DAS DEUTSCHE HEER. WILHELM DOHL, DIE DEUTSCHE NATIONALVERSAMMLUNG VON 1848 IM SPIEGEL DER "NEUEN RHEINISCHEN ZEITUNG"
Catalog: History 
8 days ago · From Germany Online

ONE WORLD -ONE LIBRARY
Libmonster is a free tool to store the author's heritage. Create your own collection of articles, books, files, multimedia, and share the link with your colleagues and friends. Keep your legacy in one place - on Libmonster. It is practical and convenient.

Libmonster retransmits all saved collections all over the world (open map): in the leading repositories in many countries, social networks and search engines. And remember: it's free. So it was, is and always will be.


Click here to create your own personal collection
"ЗЕМЛЯ ОБЕРОСТ" И ГЕРМАНСКИЕ ЦЕЛИ НА ВОСТОКЕ В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
 

Support Forum · Editor-in-chief
Watch out for new publications:

About · News · Reviews · Contacts · For Advertisers · Donate to Libmonster

Libmonster Germany ® All rights reserved.
2014-2017, LIBMONSTER.DE is a part of Libmonster, international library network (open map)


LIBMONSTER - INTERNATIONAL LIBRARY NETWORK